Я давно хочу разобраться с тем, как лучше читать книги. Поэтому не мог пройти мимо «Искусства быть читателем» Яна Чжипина.

Автор предложил концепцию, которую назвал «системный метод чтения». Она включает в себя ряд неразрывно связанных, я бы даже сказал идущих внахлёст этапов: выбор книг, их прочтение и написание собственных.

Изначально хотел рассказать только про второй этап. Перечислить пять техник чтения, кратко охарактеризовать каждую, покритиковать (есть за что). Но по указанной причине это оказалось невозможным без описания всей системы. Итак…

Системный метод чтения: этапы

Выбор книг. По сути, он сводится к составлению и дальнейшей работе со списками книг. Как это делать, отдельная тема. Есть два алгоритма, в одном из них читать (этап 2) нужно даже для составления. Дальнейшая работа — это, прежде всего, перенос книг из исходного списка в другие: вычёркивание из него и добавление в них. (Наверное, дополнять его тоже можно, хотя не помню, написано ли это в «Искусстве быть читателем».)

Когда хочется разобраться в определённой теме и список создаётся соответствующий, можно после некоторой предварительной подготовки начать строить посвящённый этой теме майндмэп. Делается это до начала чтения, поэтому отношу такую деятельность к этому этапу. Впоследствии, когда читатель будет погружаться в тему глубже, он будет дополнять или перестраивать майндмэп. (Возможно, в этом помогут заметки — каждая на отдельной карточке.)

Чтение. Автор думает, что предложил пять техник чтения (на самом деле три). Но при любой из них собственно чтение необходимо сопровождать составлением заметок — каждой на отдельной карточке.

Писательство. Ограничиваться составлением заметок-карточек нельзя. Их следует периодически систематизировать. Результатом такой систематизации будет создание более крупных работ: статей и книг.

Техники чтения: авторский взгляд

Как я говорил, Ян Чжипин думает, что предложил пять техник чтения. Вот как они называются: внимательное, выборочное, структурное, тематическое чтение и метод карточек. В действительности же называть этим термином можно лишь первые три. У остальных другое место в его системе.

Как они описаны у автора

Внимательное чтение «состоит в том, чтобы читать текст медленно, повторяя слово за словом, сосредоточившись на диалоге с автором».

Выборочное чтение работает так: «Читатель выдвигает некую гипотезу относительно целого текста, ищет отрывки, требующие более детального изучения, и тщательно их исследует». Когда удалось подтвердить или опровергнуть гипотезу, читатель выдвигает новую и повторяет сначала.

Структурное чтение «подразумевает использование некой структуры, или парадигмы». Позже в книге это также называется стилем мышления. Их автор насчитал девять.

Тематическое чтение предполагает, что «нужно прочитать несколько книг, посвящённых одной теме», выделить сходства и различия между ними, увидеть перекрёстные ссылки и найти ключевую информацию.

Метод карточек состоит в том, чтобы писать заметки о прочитанных книгах на отдельных карточках.

Что не так с этим списком

Автор описывает систему техник как состоящую из пяти «равноправных» элементов, альтернативных друг другу. Это есть и в оглавлении, и на рисунке в первой главе. Кажется: перед тобой книга, и прочитать её можно способом № 1, 2, 3, 4 или 5. Но всё несколько сложнее, наверное даже по кратким описаниям можно догадаться.

Нельзя смешивать в одной классификации фрагменты нескольких разных. Например, говорить, что люди делятся на светловолосых, темноволосых, седых, девушек и детей. Это логическая ошибка, да и просто абсурдно выглядит: получается, смешаны в одно цвет волос, пол и возраст. Так вот и Ян Чжипин делает то же самое.

Внимательное, выборочное и структурное чтение можно отнести к техникам. Их различает конкретный «технический» признак: интенсивность прочтения (а именно количество воспринимаемого текста и глубина погружения в него). Тематическое чтение — (единственный) метод выбора книг и записи результатов работы с ними, метод карточек — только записи.

Отдельный недостаток состоит в том, что из краткого описания техник понять это невозможно.

Из-за такой путаницы очень страдает понятность предложенного подхода к чтению. У меня много времени ушло на построение его правильной структуры вместо автора. Но вот восполнить за него лакуны в тексте я, увы, не в состоянии.

Как писал выше, при каждом чтении книги, по мнению Яна Чжипина, необходимо писать заметки на отдельных карточках. Это значит, что техники корректнее было бы обозначить так: внимательное (чтение) + метод карточек; выборочное + метод карточек; структурное + метод карточек. Однако про их «сопряжение» как раз почти ничего и не написано (и это тоже следствие отмеченной логической ошибки).

Ещё сложнее картина становится, если вспомнить про тематическое чтение. Книга разделена на три части: первая отвечает на вопрос «зачем читать?», вторая на вопрос «как читать?», а третья — «что читать?». В последней есть глава «Как выбирать книги». Метод выбора сводится к составлению списков. Но составлять их можно по двум разным алгоритмам: один из них описан в этой главе, второй — в главе «Тематическое чтение» (которая, как вы понимаете, находится в части 2 «Техники чтения»; ещё одна путаница). Получается, что в какой-то момент могут одновременно применяться сразу три элемента системы: одна из техник чтения, тематическое чтение и метод карточек. Про то, как совместить все три, в «Искусстве быть читателем» написано ещё меньше, если написано вообще.

Ниже пригодится это знание, так что напишу: «триггером» для тематического чтения выступает желание разобраться в определённой теме. Отсюда можно предположить, что второй алгоритм применяется в остальных случаях. (Что это за алгоритм, для целей поста не так важно.)

Техники чтения: исправляю за автора

Чем отличаются друг от друга техники чтения

Вообще это довольно большая тема. Если у меня хватит сил и терпения, напишу об этом отдельно. Но выше я предложил конкретный критерий: интенсивность прочтения (а именно количество воспринимаемого текста и глубина погружения в него).

С этой точки зрения различия таковы:

• Внимательное чтение. Текст воспринимается полностью, глубина погружения максимальная (читать нужно медленно, внимательно).
• Структурное чтение. Текст воспринимается полностью, глубина погружения в конкретный фрагмент опциональна (допускается пробегать страницы глазами).
• Выборочное чтение. Воспринимается лишь часть книги (ориентировочно — 20%), глубина погружения характеризуется словом «внимательно».

Как выглядит системный метод чтения в терминах техник чтения

Выбор книг. Состоит в составлении списков книг и дальнейшей работе с ними. Для этого есть два основных алгоритма. Один из них применяется в случаях, когда стоит задача разобраться в определёноой теме, и называется «тематическое чтение». (Возможно, при этом нужно составлять заметки на карточках. Непонятно.) У второго нет названия, он применяется в остальных случаях.

Чтение. Есть три основных способа:

• Внимательное чтение + метод карточек. Книга читается целиком с максимальным погружением. В процессе нужно писать заметки на карточках.
• Выборочное чтение + метод карточек. Внимательно читаются определённые фрагменты книги. В процессе нужно писать заметки на карточках.
• Структурное чтение + метод карточек. Книга читается целиком, но допускается как читать текст внимательно, так и пробегать глазами его фрагменты (в зависимости от их важности).

Писательство. Карточки, составленные в процессе чтения, необходимо систематизировать. Результатами систематизации должны становиться статьи и книги.

Почему так получилось?

Итак, автор не смог внятно донести своё представление о предмете, которому посвятил книгу. Некоторую часть работы, с которой он не справился, с огромными усилиями может выполнить читатель — вернув логику в чат. Но и логика бессильна там, где не написано вообще ничего.

Моя гипотеза: причина этого — метод карточек. Уверен, что Ян Чжипин применял его. И таким образом наглядно продемонстрировал, как ужасно это выглядит на практике.

Меня навёл на эту мысль Алексей Фёдоров. Недавно у него был стрим, где обсуждали его статью «Цеттелькастен и философский камень: как я „разочаровался“ в заметках и что теперь с ними делать». В какой-то момент там прозвучало, что, судя по отзывам более знающих людей, Никлас Луман писал довольно сложным языком. (Луман создал систему ведения заметок на карточках, которая и называется Zettelkasten — цеттелькастен.) По словам Алексея, карточки этого учёного порождали в нём схожие ощущения.

Заслуживает внимания и приводимая в «Искусстве быть читателем» цитата Ся Чэнтао, который критиковал книгу другого китайского деятеля:

…Я восхищался широчайшей эрудицией и замечательной памятью автора. Однако у меня возникло подозрение, что его книга составлена из множества карточек, потому что его выводы и доказательства представляют собой какое-то нагромождение.

Подобные впечатления вызывает у меня и творение Яна Чжипина.

Кроме того, сама суть описанных мной недостатков этой книги — в излишней обособленности того, что по логике должно было быть связано. Чем ещё это могло быть вызвано, если не тем, что автор писал и развивал её части отдельно друг от друга, лишь добавляя что-то в качестве «моста»?

Мне кажется, хорошая книга так выглядеть не должна. Так что писать заметки на отдельных карточках и создавать потом из этого книги, вероятно, не лучшая идея.

Интересное открытие сделал для себя благодаря Тотальному диктанту — 2026. Оказывается, справочник по русскому языку Розенталя и расширенные правила русской орфографии и пунктуации (ПАС) по-разному освещают одни и те же вопросы, в том числе и орфографические.

Например, вот предложение в авторском изложении:

Все они похоронены в Святогорском монастыре близ пушкинского родового имения, и, кланяясь сегодня Александру Сергеевичу, не будем забывать и тех, кто дал ему жизнь.

Вариант «Пушкинского» засчитывался за ошибку. Потому что все прилагательные, образованные от имён собственных с помощью суффикса -ск-, пишутся с маленькой буквы.

Вот только в ПАС есть оговорка (примечание к § 167 раздела «Орфография»): если слово имеет «значение индивидуальной принадлежности», можно и с большой. Розенталь (п. 2 § 12 раздела «Орфография») тоже прямо предусматривает случай с прилагательными, «обозначающими принадлежность» и образованными таким вот способом. Только он предписывает использовать здесь — маленькую букву, безо всяких исключений.

В итоге: по Розенталю писать можно только «пушкинского», по ПАС же в зависимости от смысла или «пушкинского», или «Пушкинского». Это неожиданно. Я думал, орфография в этих двух книгах описана хоть и разными словами, но одинаково.

Какие у них там заочные споры про пунктуацию, я лучше промолчу.

После прошлой заметки решил продлить эксперимент на пять дней. Ставил песню «Новый год» Екатерины Яшниковой в яндекс-музыке и спотифае, после чего сервисы запускали музыку, которую считали похожей. После 10-й песни останавливал.

Вот что получилось.

Произведения, которые попадают в тематику, я выделяю курсивом.

Позже попробую поискать в этих данных какие-нибудь закономерности.

2 января

3 января

4 января

5 января

6 января

В спотифае есть опция «Музыка нон-стоп». Она описана так: «Включать что-нибудь похожее, когда контент заканчивается». По сути, это аналог «Моей волны» яндекс-музыки.

Захотелось их сравнить. Для этого поставил одну и ту же песню: «Новый год» Екатерины Яшниковой — и затем ещё 10 треков. Ни с чем старался не взаимодействовать; правда, на 7-м треке в яндекс-музыке отмотал на предыдущий и затем вернулся (отвлёкся и подумал, что мог что-нибудь пропустить).

В общем, в обоих случаях похожесть понимается довольно странно. Тематически ближе всего к исходной песне Ghost of Christmas Present. Что же близко музыкально, я вообще затрудняюсь сказать.

Раньше у этого блога был подзаголовок «Право — вокруг нас». Это, в целом, отражало его концепцию: я пытался смотреть на окружающие явления и события через призму права. Оно было где-то среди главных ценностей и главных интересов.

Потом стали происходить вещи, о которых я не писал, но из-за которых это отношение стало постепенно меняться. Затем случился 2020 год, переломный для меня. А через два года…

Всё это время я тщетно пытался перепридумать блог. Даже, посмотрите последние посты, что-то писал. Но над душой висело это «Право — вокруг нас». А заменить было нечем.

И вот сегодня решил убрать подзаголовок совсем. Может, как-то поможет и начну писать чаще.

Для меня музыка — драматическое произведение.

Не уверен, что это моя мысль. Но мне нравится, так как позволяет довольно точно предсказать моё отношение к конкретному произведению.

В хорошей драме есть конфликт и развитие. В хорошей музыке их обычно тоже можно найти. «Персонажи» симфоний или сонат — темы, песен — куплеты и припевы. Они сталкиваются, как-то меняются, по мере этого то нарастает, то падает напряжение.

Душная часть поста

Для примера приведу две версии песни «Утоли мои печали»: в исполнении групп Маврин и Aella.

Я попробовал выделить условные уровни напряжённости и назвать по ним соответствующие «этапы» песен. Вот что получилось:

У «Маврина» напряжение нарастает почти только вверх. Причём на первые два этапа приходится 2/3 всей песни, затем частота их смены ускоряется.

У «Аэллы» длительность этапов более вариативна (причём на отметку 2/3 выпадает середина 4-го), а последние пять этапов умещаются в 1 минуту 11 секунд — это 1/4 песни. При этом по динамике напряжённости этот вариант тоже разнообразнее.

Так и получается, что, хотя песню написал Сергей Маврин, драму в ней лучше раскрыла «Аэлла». И именно её вариант мне нравится больше.

Мне очень нравится ютуб-канал Comigration. Стендаперы помогают держаться на плаву. Эти в особенности.

Юмор на канале очень специфический, скорее всего мало кому зайдёт. Но вот одно из редких видео, которые могу посоветовать, если только вас не смущают маты и другая непристойная лексика:

По умолчанию я не оставляю чаевые в общепитах. Делаю это, только если официант вызвал такое желание. При этом к сумме чека не привязываюсь. И, по-моему, это хорошее правило.

Мне кажется нелогичным поощрять финансово «просто» обслуживание: я за это уже плачу по чеку, а официант получает оклад. Если он рассчитывает на что-то большее, то и я вправе ожидать от него чего-то большего.

Нелогичной кажется и привязка размера чаевых к сумме чека. Ведь она зависит от клиента. В зоне ответственности официанта лишь его собственное поведение. Поэтому чаевых я оставляю тем больше, чем сильнее желание сделать это.

Учитывая, что сами чеки у меня обычно небольшие, в процентах получается выше 10—15%. Хочется думать, что это неожиданно и потому приятно. Ещё один плюс.